Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. «Никого не осталось, завозят пачками афроамериканцев, узбеков». Режиссер Кудиненко — о том, как ему работалось в Беларуси последние годы
  2. Строительные леса обрушились у девятиэтажки на улице Киселева в Минске. Что известно
  3. Беларуске урезали пенсионный стаж из-за советского диплома
  4. «Превращаются в лакомый кусок». В Минске возник ажиотаж вокруг еще одного типа недвижимости — за нее идут «бои»
  5. Беларуска сняла в банкомате наличные, а потом обнаружила, что с ее счета списали 1260 рублей комиссии
  6. Александр Лукашенко рассказал, без чего «не может жить страна». Этот «продукт как хлеб — он необходим»
  7. «Ничего себе». На счет беларуске неожиданно «упали» почти 10 млрд рублей: она «знатно ошалела», в банке тоже удивились
  8. «Не думал, что доживу до того момента». Эксперт анонсировал возможную «суперновость для рынка недвижимости» — попытались узнать детали
  9. В «узбекской истории» с трудовыми мигрантами и поставками мяса и молока — новый поворот. Рассказываем подробности
  10. «А что „тунеядец“ вкладывает в экономику страны?» В Threads обсуждают жировки работающих за границей
  11. В этот день Менск стал Минском — всего 87 лет назад. Почему его переименовали и как на самом деле правильно?


/

Разрешение на обман может делать детей более честными — к такому парадоксальному выводу пришли исследователи из Сингапура, пишет PsyPost.

Изображение используется в качестве иллюстрации. Фото: pixabay.com
Изображение используется в качестве иллюстрации. Фото: pixabay.com

Ученые изучали, как дети в возрасте от трех до шести лет ведут себя в ситуации, где обман не только возможен, но и прямо разрешен. В исследовании под руководством Чадмена Тана приняли участие несколько групп детей, всего более 250 человек.

Эксперимент был построен в форме простой игры. Ребенок прятал наклейку под один из двух одинаковых стаканчиков, после чего взрослый должен был угадать ее расположение. При этом он всегда выбирал тот вариант, на который указывал ребенок. Таким образом, чтобы выиграть, участнику нужно было обмануть исследователя.

Перед началом основной части эксперимента одной группе детей прямо объясняли: «Обычно давать неправильный ответ — плохо, но в этой игре можно говорить что угодно, чтобы победить». В контрольной группе таких инструкций не давали. До начала теста все дети проходили тренировочные раунды, чтобы понять правила.

В первом исследовании участвовали 124 ребенка в возрасте от трех до семи лет. Во втором — 99 детей от четырех до шести лет (трехлетних исключили, так как они почти не реагировали на инструкции). В третьем — 56 детей в возрасте пяти-шести лет. Во всех трех случаях использовалась одна и та же игровая процедура.

Результаты показали, что в целом дети обманывали довольно часто — от 60% до 80% попыток. Однако вопреки ожиданиям исследователей дети, которым прямо разрешили лгать, делали это реже, чем те, кто не получал такого разрешения.

Во втором исследовании разница сначала не выглядела статистически значимой, но дополнительный анализ с учетом поведения детей на тренировочном этапе подтвердил ту же тенденцию. Третье исследование, изначально спланированное с учетом этих факторов, окончательно подтвердило результат: разрешение на обман снижает его частоту.

Авторы работы называют этот эффект парадоксальным. По их словам, он показывает, что моральные установки продолжают влиять на поведение даже тогда, когда формально «разрешено» их нарушать. Когнитивные и этические аспекты обмана тесно переплетаются уже в раннем возрасте.

Исследователи предложили несколько возможных объяснений. Во-первых, сама формулировка инструкции («обычно это плохо») могла акцентировать внимание детей на моральной стороне лжи. Во-вторых, дети склонны угадывать ожидания взрослых и могли воспринимать ситуацию как скрытую проверку честности.

Есть и более прагматичное объяснение: в стратегической игре важно делать то, чего не ожидает соперник. Если ребенку прямо говорят, что можно лгать, он может предположить, что от него этого и ждут — а значит, выгоднее сказать правду.

Результаты серии экспериментов опубликованы в журнале Developmental Science.